Верещагин Василий Васильевич (1842 - 1904)

Верещагин Василий Васильевич  (реализм)
Верещагин Василий Васильевич (реализм)

Василий Васильевич Верещагин выделяется среди русских художников второй половины 19-го века своей необычной судьбой и деятельностью. Посмотришь на его картины, и кажется, будто побывал в увлекательном путешествии, узнал много нового и интересного. Так бывало и раньше на выставках Верещагина, на которых художник показывал не только картины, привезенные из поездок в чужие страны и малознакомые области России, но и богатейшие коллекции одежды, оружия, предметов обихода и народного творчества. Посетитель его выставок словно попадал в неведомый дотоле Туркестан. Полы убраны туркестанскими коврами, вдоль стен расставлены предметы обихода, на стенах - оружие, а на картинах и этюдах представлена природа страны, ее люди, архитектура, сценки быта, в которых раскрываются обычаи и нравы, историческое прошлое и настоящее этого края.

В.В.Верещагин родился и провел свое детство в небольшом городе Череповце. Его отец прочил сыну морскую карьеру и отдал учиться в Петербургский морской корпус. Но юного Верещагина мало привлекала военно-морская наука. Окончив морской корпус, он вышел в отставку, бесповоротно порвав с военно-морской службой. Все свое свободное время Верещагин отдавал искусству. Он поступил сначала в рисовальную школу Общества поощрения художеств, а потом, в 1860 году, - в Петербургскую Академию художеств, где проучился несколько лет. Однако Академию он не закончил. Подражательное академическое искусство было ему не по душе. Заканчивал свое художественное образование Верещагин в Париже. Однако, ему хотелось чего-то нового, необычного, и при первой возможности он отправился в путешествие на Кавказ, где стал рисовать"на свободе".

Впоследствии всю жизнь Верещагин следовал правилу - не сидеть на месте, а постоянно знакомиться с жизнью в разных уголках мира, искать новые темы и новые образы. Он побывал в Индии, ездил в Америку, на Кубу, Филиппины и Японию.

Огромный запас жизненных впечатлений послужил основой многогранного и всестороннего творчества Верещагина. Он писал портреты, пейзажи, натюрморты, а главное - стал гениальным мастером батальной живописи. В этом жанре живописи Верещагин произвел подлинный переворот. Созданные до него батальные картины создавались по заказу для украшения богатых гостиных и представляли собой эффектные сражения, прослявляшие полководцев и провозносившие войну как героическую эпопею.

Верещагин первый среди художников-баталистов показал, что война - это прежде всего страшные увечья, холод, голод, жестокое отчаяние и смерть. Художник показывал в своих произведениях безжалостную сущность войны, свидетелем которой он был сам. Ему не было равных в русском искусстве по силе изображения страшной правды войны и страстности, с которой он ее развенчивал.

Верещагин сделал батальную живопись не только реалистической, но и совершенно новой по содержанию. Он показывал главным героем войны не полководцев и генералов, а простых солдат, их быт, изображал часто не само сражение, а до или после боя.

Всю свою жизнь проведя в странствиях, простаивая по 12-14 часов за мольбертом, Верещагин так и умер с кистью в руке, делая этюды с натуры на месте боевых действий. Как только в 1904 году вспыхнула русско-японская война, шестидесятидвухлетний хдожник направился на Дальний Восток. Здесь он писал на броненосце "Петропавловск", который подорвался на японской мине. Так, за работой, окончилась жизнь замечательного художника.


Самарканд (1869)
Самарканд (1869)
Араб на верблюде (1870)
Араб на верблюде (1870)
В горах Алатау (1870)
В горах Алатау (1870)
Богатый киргизский охотник с соколом (1871)
Богатый киргизский охотник с соколом (1871)

Красочная и романтическая сценка быта, которые наблюдал Верещагин в Туркестане, одновременно с другими, показывающими нищету и бесправие бедняков.

Двери Тамерлана (Тимура) (1872)
Двери Тамерлана (Тимура) (1872)

Величественное историческое прошлое не могло не заинтересовать Верещагина.

Всадник-воин в Джейпуре (1881)
Всадник-воин в Джейпуре (1881)

Большой интерес представляют обмундирование индийских воинов, роскошная ковровая накидка на лошади.

Гималаи вечером (1875)
Гималаи вечером (1875)
Мавзолей Тадж-Махал (1876)
Мавзолей Тадж-Махал (1876)

В картинах Верещагина оживало великое прошлое Индии: древние храмы, роскошные дворцы, величественные гробницы.

Очарованный прекрасным мавзолеем Тадж-Махал , сооруженным Великим Моголом Шах-Джеханом на могиле своей любимой жены, Верещагин создает удивительно красочное полотно. Волшебное по красоте сооружение гармонирует в картине с такой же прекрасной южной природой. "В Европе нет ничего, что может превзойти Тадж, -это место, дышащее торжественным спокойствием," _ писал Верещагин, полный восхищения.

Горный ручей в Кашмире (1875)
Горный ручей в Кашмире (1875)
У крепостной стены. Пусть войдут. (1871)
У крепостной стены. Пусть войдут. (1871)

Томтельного ожидания, напряженной настороженности полна сцена, предшествующая штурму. Большой отряд русских солдат замер у массивной зубчатой крепостной стены. Первые ряды припали к пролому в стене, держа наготове ружья, ожидая нападения. Офицер, тихонько направляясь к пролому, делает рукой знак молчать. Солдаты затихли, молчит барабан, недвижимы легкие деревья с птичьими гнездами. Тишина царит в крепости, но тишина обманчивая, напряженная, готовая каждую минуту разразиться боем. Напряженность чувствуется в темной стене, в ярко освещенной группе солдат, в их неподвижно застывших позах, в их глазах, смотрящих в лицо смерти. Вся простота русского человека и величие его души, не показная, а истинная отвага раскрылись Верещагину именно в такую минуту смертельной опасности, томительного бездействия, напряженного ожидания. Этот истинный скромный героизм и стойкость русского солдата составляют главное содержание картины. Не то, как люди воюют, а то, как они ведут себя на войне, как проявляют себя в тяжелых испытаниях, какие стороны их души раскрываются.

Апофеоз войны (1872)
Апофеоз войны (1872)

Это страшный образ смерти, звучащей суровым осуждением войны и грозным предостережением.

В основе картины, изображающей груду человеческих черепов среди выжженной пустыни, лежит реальный исторический факт. "Тимур или Тамерлан, заливший кровью всю Азию и часть Европы и считающийся теперь великим святым у всех среднеазиатских магометан, везде сооружал подобные памятники своего величия."

Ужас навевает фантастическая пирамида выбеленных солнцем и ветрами черепов. Вот все, что осталось от людей, которые некогда жили здесь и были сражены, уничтожены войной. От города, расстилавшегося здесь, остались одни руины, зачахли от зноя без ухода человеческой руки деревья. Там, гле прежде процветала жизнь, возникла мертвая пустыня. Только черное воронье, мрачный гость смерти, кружит над черепами, выискиивая себе пищу. Пусто и мертво там, где прошла война. И жуткая пирамида черепов - с черными провалами мертвых глазниц, с жутким оскалом ртов - под безмятежным мирным небом выступает страшным символом войны, несущей гибель, запустение, смерть.

Созданная в период кровопролитной франко-прусской войны, эта историческая картина стала созвучна настроениям своего бурного времени. Она напоминала людям о тех неисчислимых бедствиях, которые приносит с собой война. Верещагин сделал надпись к названию картины:"Посвящается всем великим завоевателям, прошедшим, настоящим и будущим".

Смертельно раненый (1873)
Смертельно раненый (1873)

В основу картины легла сцена, увиденная Верещагиным на войне. Изображен двор самаркандской крепости. В знойном мареве виднеются фигуры солдат с винтовками, направленными на стену. Жизнь идет своим чередом, и никто из тех, кто охраняет цитадель, не знает, сразит ли его шальная пуля врага или минует. Но вот смерть неожиданно настигла солдата. Еще минуту назад он так же, как и его товарищи, стоял с винтовкой наготове, а сейчас, судорожно схватившись за бок, в порыве страха и отчаяния, бросился бежать. Его неуверенный бег, острый угловатый силуэт фигуры, наклон падающего тела, маленькая темная тень у ног убедительно показывают, что он осужден на смерть. Пройдет еще минута - другая, и он рухнет наземь рядом с другими бездыханными телами.

И снова в цитадели все пойдет по-прежнему, опять на страже будут стоять осажденные в крепости, и, кто знает, может быть, снова меткая пуля врага нежданно сразит одного из них. Горькое раздумье о бессмысленности этих жертв и их неизбежности пронизывает картину.

Подавление индийского восстания англичанами (1884)
Подавление индийского восстания англичанами (1884)

Захват. закабаление и ограбление Индии вызвали у художника чувство глубокого возмущения, что и заставило его написать эту картину.

Перед нами зловещая картина казни - расстрел из пушек. Выжженная солнцем земля, безоблачное небо. На переднем плане изображен высокий белобородый старик, привязанный к орудию. Закинута назад его голова, помертвевшие губы полураскрыты, подгибаются слабеющие ноги. Душевное страдание и ужас обессилили его. Для этого старого человека, как и для всех других, стоящих в одном ряду с ним, страшна не физическая смерть, а надругательство над человеческим телом, которое будет разорвано пушечным снарядом. Это картина жестокой правды, это суровое обвинение преступного колониального режима.

Перед атакой. Под Плевной (1881)
Перед атакой. Под Плевной (1881)

С началом русско-турецкой войны Верещагин отправляется на места боевых действий. Он учавствовал во всех решающих сражениях, был при знаменитом штурме Плевны, совершил зимний переход через Балканы, учавствовал в бою под Шейново, решающем исход войны.

Много тысяч жизней было загублено царскими офицерами в этой войне. Сплошной лес крестов простирался на полях проигранных сражений. Грандиозной неудачей был штурм Плевны, не подготовленный командованием и совершенный лишь в честь дня рождения царя. Штурм этот стоил бесчисленных человеческих смертей, совершавшихся на глазах царя, который все это спокойно наблюдал с так называемой "закусочной"горы, где в это время пировал со своей свитой. "Не могу выразить тяжесть впечатления, - писал Верещагин, - это сплошные массы крестов...Везде валяются груды осколков гранат, кости солдат, забытые при погребении. Только на одной горе нет ни костей человеческих, ни кусков чугуна, зато до сих пор там валяются пробки и осколки бутылок шампанского..."

Побежденные. Панихида по убитым (1877-1879)
Побежденные. Панихида по убитым (1877-1879)

Большой холст, в котором Верещагин показал типичную картину войны - поле боя, усеянное трупами.

Хмурое осеннее небо свинцовыми тучами нависло над безмолвным полем. Какие-то бугры и кочки, как легкая рябь по морю, взрыли землю. Вглядевшись, различаешь, что все поле усеяно трупами, которые даже не зарыты глубоко в землю, а лишь прикрыты сверху слоем земли. Грандиозность этой трагедии войны подчеркивается тем, что все это огромное по своим размерам полотно (179,7 Х 300, 4) занято наполовину хмурым небом, наполовину равниной, покрытой мертвыми телами. Лишь две одинокие фигуры возвышаются на этом мертвом поле - военный и священник, помахивающий кадилом, совершающий последний обряд над убитыми. Возникает тяжелый, гнтущий образ смерти, гибели, которую несет с собой война народу.

Шипка-Шейново. Скобелев под Шипкой (1878-1879)
Шипка-Шейново. Скобелев под Шипкой (1878-1879)

С мужественной сдержанностью, с торжественным величием предстает заключительная победная сцена войны.

Даже сам колорит картины, написанный в светлых бело-голубых и белоохристых тонах, создает ощущение лирической грусти и просветления, словно рассеялся мрак несчастья.

Среди величавых заснеженных гор, среди торжественного молчания суровой природы совершает парадный объезд войск главнокомандующий Скобелев со своей свитой. Дружным "Ура!" отзываются на его приветствия солдаты, бросая вверх фуражки. Кончилась война, кончились испытания, трудности, впереди родной дом, встреча с близкими. Но радость победы испытывают не все. Снова и снова Верещагин напоминает, даже в такую отрадную минуту, чего стоит война, какой нелегкой ценой досталась победа. Не случайно в картине парадный объезд войск показан на втором плане, вдалеке на фоне высоких гор, где маленькими фигурками выделяются ряды солдат, а весь ближний, передний план усеян мертвыми солдатскими телами. По всему бескрайнему заснеженному полю виднеются в самых неожиданных позах убитые. Печально это безмолвное поле сражения, и величавые белоснежные горы словно застыли в минуте молчания, которой чтут память погибших. И потому, может быть, что Верещагин правдиво показал, как рядом с жизнью стоит смерть, радость победы звучит сдержанней и суровей. Картина воспринимается как слава бессмертному героизму русских солдат.Именно простой народ предстал в произведениях Верещагина истинным героем.

В покоренной Москве. Поджигатели или Расстрел (1888)
В покоренной Москве. Поджигатели или Расстрел (1888)
Наполеон на Бородинских высотах (1897)
Наполеон на Бородинских высотах (1897)
Отступление. Бегство по смоленской дороге.
Отступление. Бегство по смоленской дороге.